Про Юру Гурова

Гурова иногда называли вспыльчивым, но для меня он остался человеком
вспышечным. Ибо всё в нём было красиво - и подъёмы темперамента, и
замирания. И вспоминaeтcя oн - вспышками.

Вспышка первая. Год эдак девяностый. Юра с шиком прибыл в Париж. Разъезжает на собственной бeль-баньёле. Остановился по-барски - у приятеля-коммерсанта. Поздний летний вечер. Мы высаживаемся у Инвалидов, любуемся верхушечной подсветкой купола. Ю.Г., отвосхищавшись собором, переводит свой артистический взгляд в сторону Эйфелевой туры и произносит эложу в её честь.

Вспышка вторая. Гуров решил остаться в Париже. Жировка кончилась. Машина сломалась и где-то тихонько гниёт. Юра - поселился на легендарном сквоте Жюльетты Додю и невозмутимо бомжует. Появляюсь там как-то утром, прямиком с Подворья. Они с Флором только-только продрали глаза и думают о завтраке. Денег, естественно, нет. Я воспринимаюсь божьим посланником и иду на угол к арабу за провизионом.

Вспышка третья.
Гуров написал нечто абстрактное; фигур не помню, но
вспоминается завораживающий тёмно-зелёный фон. <Сядь-посмотри. Это моя <Троица>. Лучше рублёвской>. Улыбка, борода, лукаво-весёлый взгляд Пугачёва из <Капитанской дочки>.

Вспышка четвёртая. Ю.Г. отчаянно-молодецком порыве раздолбал все свои работы молотком. Совершенно бульверсированный таким подходом сквотоначальник Рене сидит в сторонке и уважительно посматривает на Юру. В этот момент рождается гуровская легенда.

Вспышка пятая. В комнате справа от входа идёт неторопливая тусовка. Тиль варганит на плите обед. Появляется какая-то бабенция, в дурацкой понтовой шубе, эдакое эмигрантское хамьё, устраивается за столом и начинает капризным голосом требовать у Тиля вина и еды, тут же наезжая на него за якобы невкусность и непитейность предложенного. Женолюб и старорежимный джентльмен
Тиль смущён, молчит. Гуров, сканируя её с ног до головы взглядом, спокойно, внятно, по слогам произносит: <Да-ма! И-ди-те н
а ху*. Я понятно выражаюсь? На-ху-*! Сюда люди приходят за искусством, а не за жратвой>. Баба ужимается под своей шубенцией до размеров скелета, лицом же напоминая себя - но в глубокой старости.

Замечательная сцена! Один из лучших эстетических уроков, на которых я
удостоился чести присутствовать.

Вспышка последняя. Дежурю смотрителем в Арт-деко. Выставка Лалика
только-только открылась, посетители валят толпой. И вдруг: Ю.Г., кажется, за компанию с Батусовым. Весёлый, внимательный. С удовольствием говорит обо всём, кроме - своего завтрашнего отъезда в Россию (об этом я узнаю позднее).

А потом приходит известие, что где-то под Псковом, вспыхнув-вспылив, он
выпрыгнул на ходу из автобуса и был раздавлен машиной.

Андрей Лебедев

© 2003. TchalaevNet

Design by Irada